Меню Рубрики

Дидро и энциклопедия. Энциклопедия Дидро Идеи для революции

Дени Дидро (Denis Diderot, 1713 - 1784), великий философ и писатель, был выдающимся пропагандистом, идеологом, организатором. В своем многообразном творчестве он исследовал философские, социально-политические, эстетические проблемы. Главным практическим делом Дидро было издание им «Энциклопедии, или Толкового словаря наук, искусства и ремесел», выходившей с 1751 по 1780 г.

и состоявшей из 35 томов (11 справочных томов, содержащих карты, схемы, таблицы, рисунки, и 8 томов указателей). Желая сделать это издание научно-значимым и авторитетным, Дидро привлек к написанию статей видных философов, ученых, крупнейших специалистов во всех областях знаний, писателей, художников, музыкантов своего времени. Таким образом, «Энциклопедия» обобщила все сведения, накопленные человечеством к середине XVIII в. Вторым человеком в редакции «Энциклопедии» был Жан Лерон д’Аламбер, выдающийся философ, математик, теоретик в области механики. В «Энциклопедии» писали статьи Вольтер, Руссо, Монтескьё. «Энциклопедия», которая выходила в зрелый период французского Просвещения, время непосредственной идейной подготовки революции, стала крупнейшим общественно-политическим событием этой эпохи. Ее главной задачей было направить достижения науки, философии, искусства и литературы на борьбу против «старого порядка».

В сущности, «Энциклопедия» должна была стать и действительно стала концентрированным выражением идей Просвещения по всем вопросам политической жизни, государственного строя, науки, религии и культуры. Статьи «Энциклопедии» отрицали абсолютизм как отжившую государственную систему, устарелую систему судопроизводства, идеологию католической церкви. Одновременно энциклопедисты утверждали принципы нового буржуазного государства, требовали ограничения власти монарха и правительства законами природы, политических прав для третьего сословия, формулировали принципы новой буржуазной собственности. Исходя из убеждения, что «суеверие и деспотизм делают землю несчастной», энциклопедисты путь к прогрессу видели в развитии науки и стремились раскрыть сущность всех человеческих знаний, детально описывая все науки. Авторы статей были убеждены, что «Энциклопедия» «сумеет извлечь людей из того унизительного состояния, в котором их так долго держал предрассудок», научит их, как изменить свою жизнь в соответствии с «естественными законами». Большую роль в творческом наследии Дидро играют труды, где разрабатываются проблемы искусства.

Характерно, что основополагающие работы по важнейшим эстетическим проблемам в его творчестве перемежаются с множеством критических статей, в которых отразились процессы, происходившие в искусстве того времени. Дидро стал создателем новой эстетической системы, нового учения о прекрасном; он утверждал новые принципы и правила искусства, разработав теорию просветительского реализма (статья для «Энциклопедии» - «Прекрасное», 1751). Дидро выступил против отжившей эстетики классицизма, поклонения авторитетам античности, против антиисторического представления о красоте как о понятии неизменном и вечном, против классицистского принципа правдоподобия за правдивое отражение жизни.

Основой искусства он считал воспроизведение жизненной правды, конкретной действительности. Красота в искусстве - это соответствие наших суждений явлениям действительности, а художественного образа - предмету. Поскольку цивилизация прогрессирует и жизнь меняется, понятие красоты в искусстве также изменчиво. Будучи противником эмпирического воспроизведения жизни, Дидро утверждал, что подражание жизни заключается в ее творческом воспроизведении, типизации явлений реальности и характеров, т. е. отражении в произведениях существенных черт действительности. Вместе с тем типические характеры для него прежде всего выражение определенного «общественного состояния»; выделяя «родовые» черты персонажа, Дидро недооценивал индивидуально-своеобразные формы выражения этого «родового» начала.

Дидро требовал от писателя страстности в утверждении своих идеалов и в отрицании дурного. Искусство, по Дидро, должно воодушевлять и облагораживать людей, внушать им высокие добродетели гражданского мужества.

Гораздо более значительным было творчество Дидро в жанре художественной прозы. Ему принадлежат три романа и диалог «Племянник Рамо» (1762 - 1779). Из этих четырех произведений три - самых значительных - были опубликованы после его смерти. В романе «Монахиня» (закончен в 1760 г.

) все внимание автора сосредоточено на главной героине Сюзанне Симонен, и сюжет повествования несложен. В этом романе Дидро постоянно пересекаются три плана, что помогает писателю выявить сущность человеческой природы. Это план общественный, который определяет место главной героини Сюзанны в семье и обществе: незаконная дочь и нелюбимая сестра, она подвергается преследованиям семьи и оказывается существом отверженным в глазах общества.

Содержание романа заключается в сопротивлении Сюзанны объединившимся семье и обществу, которые хотят ее изолировать. Второй план - это план религиозный: монастырь становится основным местом, где происходят события романа. Третий план - план природы с ее законами. Из сопоставления с природой выявляются неестественность и неразумность законов социальных и религиозных. Дидро показывает, что монастырь - отнюдь не мирная обитель для тех, кто посвятил себя служению Богу. Это вынужденное общежитие для тех, кто не нужен обществу.

Жизнь в монастыре нарушает естественные права человека, его обитателей лишают свободы и тем самым растлевают их. Дав обет жить в бедности, послушании и целомудрии, монахини на самом деле живут по иным, прямо противоположным законам - они жестоки, вероломны, мстительны, коварны, корыстны. В монастыре живут два типа людей. Одни - лицемеры, примирившиеся со своим положением и извлекающие из него выгоду.

Другие - искренне верующие. Способность испытывать искренние религиозные чувства Дидро сближал с аномалией, патологией в психике.

Добрая и справедливая настоятельница первого монастыря сестра де Мони впадает в состояние молитвенного экстаза, доходит до невменяемости, что приводит ее к болезни и смерти. Другая настоятельница - Арпажонского монастыря - из-за своей противоестественной страсти опускается физически и нравственно. Судьба главной героини Сюзанны дает возможность Дидро экспериментально исследовать человеческую природу. Для этого неопытную, полную жизненных сил девушку он ставит в исключительную обстановку, которая препятствует проявлению этих сил. Враждебная человеческой природе монастырская среда вызывает у нее не просто страх, а физическое неприятие ее. Свою непримиримую вражду к монастырю Сюзанна выражает в словах: «Я с этим родилась».

Это звучит голос самой природы, законы которой не могут сосуществовать с насилием, ибо каждый имеет право на свободу и счастье. Дидро наделяет Сюзанну умом, способностью к пониманию мотивов поведения других и к самоанализу. «Монахиня» отличается глубоким психологизмом. Душевные метания героини переживают эволюцию: от сомнений, от чувства протеста и гнева она переходит к открытому бунту. Кроме того, это и публицистическое произведение, утверждающее личные и общественные права человека.

. Советский Энциклопедический Словарь. 1980

Большая российская энциклопедия. 2007

. Философский словарь. 1987

Краткий философский словарь. ОГИЗ. Государственное издательство политической литературы. 1939

Дидро Дени (1713—1784) — крупнейший французский -материалист XVIII в., видный писатель. Сын ремесленника-ножовщика. Основатель и редактор «Энциклопедии », в которой проводились идеи революционной французской буржуазии XVIII в. За свои радикальные взгляды подвергался репрессиям. Дидро — материалист, атеист . Он признает объективное существование материи, которой вечно присуще движение. Материя состоит из молекул. Каждой молекуле свойствен внутренний источник движения — «интимная сила», внешним выражением которой является механическое перемещение в пространстве. Ощущение — свойство материи. Но по мнению Дидро это свойство возникает не на определенной ступени развитие материи, как это утверждает диалектический материализм, а вся материя обладает чувствительностью («и камень чувствует»). Воздействуя на наши органы чувств, материя порождает ощущения, восприятия — источник нашего знания. Общественный строй Дидро ставил в зависимость от политической организации общества, которая возникает из существующего законодательства и, в конечном счете, из господствующих в обществе идей. У Дидро имеется ряд элементов диалектического понимания мира, в частности по вопросу об эволюции живых существ. Главные его произведения: «Мысли об объяснении природы», 1754 г., «Разговор Даламбера с Дидро», 1769 г., «Племянник Рамо», 1762 г.

Краткий философский словарь. Государственное издательство политической литературы . 1954

ДИДРО Дени (1713—1784) — великий французский просветитель, философ-материалист, крупнейший идеолог революционной буржуазии XVIII в., основатель и редактор «Энциклопедии» (см. ). За свои радикальные взгляды подвергался репрессиям. Дидро признаёт объективное существование материи; материя вечна, ей присуще движение. Абсолютный покой, согласно Дидро,— абстракция, его нет в природе. Пространство и время рассматриваются им как объективные формы бытия материи. Материя состоит из молекул. Каждой молекуле свойствен внутренний источник движения — «интимная сила», внешним выражением которой является механическое перемещение в пространстве. Все изменения в природе закону причинности. Явления природы находятся в непрерывной связи между собой, в единстве. Нет непроходимой грани между живой и неживой материей, они могут взаимно превращаются друг в друга. У Дидро имеется ряд элементов диалектического понимания мира, в частности по вопросу об эволюции живых существ, о связи между изменением видов и условиями их существования (хотя в целом его материализм, как и материализм всех французских философов XVIII в., является механическим и метафизическим). Отдельные формы живых существ, согласно Дидро, находятся в процессе постоянного изменения. По учению Дидро, в развитии природы существует естественная преемственность, включающая и человека; в соответствии с ней и должна быть построена классификация существ. «Надо начать,— писал он,— с классификации существ, от инертной молекулы — если такая есть — до живой молекулы, микроскопического животного, животно-растения, животного, человека». Ощущение — свойство материи. С точки зрения Дидро, вся материя обладает чувствительностью. При этом он различает инертную, скрытую форму чувствительности, присущую неорганической природе, и деятельную чувствительность, свойственную органической природе. Само мышление, по взгляду Дидро, есть развитая форма чувствительности материи. Источником человеческого познания является ощущения, которые возникают в результате воздействия предметов, явлений природы на органы чувств. Не только ощущения, но и сложные выводы, умозаключения, по утверждению Дидро, отражают объективную, реальную взаимосвязь явлений природы. Критерий истины он усматривает в опыте, считая истинными представления, правильно отражающие объективную материальную действительность, но в целом ему осталось чуждо понимание роли общественной практики в .

Дидро — атеист. Он решительно отрицал существование бога и критиковал философский идеализм и религиозные догматы о бессмертии души, свободе воли и т. д. высоко ценил Дидро за материалистическую критику субъективного идеализма Беркли (см.). Отвергая религиозную феодальную мораль, Дидро в основу нравственного поведения людей положил стремление человека к счастью. Он проповедовал разумное сочетание личных и общественных интересов. Материалистически объяснял природу, Дидро, однако, остался идеалистом в области истории. Характер общественного строя он, как и другие французские материалисты XVIII в., ставил в зависимость от политической организации общества, которая с его точки зрения возникает из существующего законодательства и в конечном счёте из господствующих в обществе идей. Как и другие французские материалисты, Дидро свои надежды на разумное устройство общества связывал с появлением просвещённого государя. Но это царство разума было, по выражению Энгельса, идеализированным царством буржуазии. В 1773—1774 гг. Дидро посетил Россию, где усиленно рекомендовал Екатерине II развивать промышленность, торговлю, опираясь на третье сословие. Как известно, планы Дидро пришлись не по душе Екатерине II.

Дидро — крупный теоретик эстетики и литературы, автор ряда художественных произведений. В своих эстетических трудах он отстаивал реалистическое направление в искусстве. Главные его произведения: «Мысли к объяснению природы» (1754), «Племянник Рамо» (1762), «Разговор Даламбера и Дидро» (1769), «Сон Даламбера» (1769), «Философские основания материи и движения» (1770), «Элементы физиологии» (1774—1780).

Энциклопедический Словарь. 1953—1955

ДИДРО, Дени (1713—84), выдающийся французский философ-материалист, писатель, идеолог революционной французской буржуазии 18 века, основатель и редактор «Энциклопедий», ставшей центром борьбы против феодально-религиозной идеологии. «Дидро отчетливо противопоставил основные философские направления» (В. И. Ленин), резко выступил против субъективного идеализма Дж. Беркли и отстаивал объективное существование материи. По мнению Дидро, мир познаваем, ощущения — единственный источник познания. В сочинениях Дидро «Племянник Рамо» (1762—79, изд. 1805), отмечает Ф. Энгельс, содержатся «высокие образцы диалектики». Однако в целом Дидро не преодолел основных недостатков, присущих домарксовому материализму. Разделяя убеждение французских материалистов 18 века, что человек есть продукт среды, и понимая под средой форму правления, законодательство, мнения и т. д., Дидро, как и его единомышленники, остался идеалистом в объяснении общественных явлений.

Будучи решительным противником религиозной морали и феодального деспотизма, Дидро защищал идею просвещённой монархии. Согласно эстетическим взглядам Дидро, искусство должно отображать природу, реальную жизнь, обличать феодализм и пропагандировать гражданские и политические требования буржуазии. Значение Дидро в литературе определяется его борьбой за реализм (роман «Жак фаталист», 1773, изд. 1792), которая велась им также в области изобразительных иск-в («Салоны », изд. 1795—1857) и театра («Парадокс об актере», 1773, изд.1830). Основные философские произведения: «Письмо о слепых в назидание зрячим» (1749), «Мысли об объяснении природы» (1754), «Разговор Д"Аламбера с Дидро» (1769), «Сон Д"Аламбера» (1769).

Советский Энциклопедический Словарь. 1980

ДИДРО (Diderot) Дени (1713—84), французский философ-материалист, писатель, идеолог революционной французской буржуазии 18 века. Основатель и редактор «Энциклопедии, или Толкового словаря наук, искусств и ремёсел». В основных философских произведениях—«Письмо о слепых в назидание зрячим»(1749), «Мысли об объяснении природы» (1754), «Сон Д´Аламбера» (1769), «Философские принципы материи и движения» (1770) — выступил против субъективного идеализма. В сочинении «Племянник Рамо» (1762—79, изд. 1823) содержатся, как отмечал Энгельс, «высокие образцы диалектики». В объяснении общественных явлений оставался на идеалистических позициях, защищал идею просвещённой монархии. Значение Дидро в литературе определяется его борьбой за реализм (роман «Жак-фаталист и его хозяин», 1773; повесть «Монахиня», 1760). которую он вёл также в области изобразительного искусства («Салоны», 1759—81) и театра («Парадокс об актёре», 1773—78).

ДИДРО́ (Diderot) Де-ни (5.10.1713, Лангр - 31.7.1784, ), франц. пи-са-тель, фи-ло-соф. Ро-дил-ся в се-мье ре-мес-лен-ни-ка. Бле-стя-ще окон-чив ие-зу-ит-ский кол-леж в Лан-гре, Д. сбе-жал в Па-риж; учил-ся в кол-ле-же д’Аркур, за-ни-мал-ся лит-рой, фи-ло-со-фи-ей, тео-ло-ги-ей, ма-те-ма-ти-кой и пра-вом. По-лу-чил зва-ние ма-ги-ст-ра ис-кусств в Сор-бон-не (1732). Ра-бо-тал пись-мо-во-ди-те-лем у про-ку-ро-ра, учи-те-лем; за-ни-мал-ся пе-ре-во-да-ми с англ. яз. В 1742 по-зна-ко-мил-ся с Ж. Ж. Рус-со , с 1749 уча-ст-во-вал в ра-бо-те круж-ка П. А. Голь-ба-ха .

В ран-них со-чи-не-ни-ях [«Фи-ло-соф-ские мыс-ли» («Pensées philosophiques», опубл. ано-ним-но в Гаа-ге в 1746, по-ле-ми-ка с деи-стич. по-зи-ций с хри-сти-ан-ской фи-ло-со-фи-ей Б. Пас-ка-ля ), ро-ман «Не-скром-ные со-кро-ви-ща» («Les bijoux in-dis-crets», 1748), «Пись-мо о сле-пых в на-зи-да-ние зря-чим» («Lettre sur les aveugles à l’usa-ge de ceux qui voient», 1749), за пуб-ли-ка-цию ко-то-ро-го был за-клю-чён в тюрь-му] за-пе-чат-ле-но ста-нов-ле-ние ма-те-риа-ли-стич. и атеи-стич. идей Д. С 1747 Д. совм. с Ж. Д’Аламбером на-чал ра-бо-ту над мно-го-том-ным про-ек-том «Эн-цик-ло-пе-дия, или Тол-ко-вый сло-варь на-ук, ис-кусств и ре-мё-сел» («Encyclopédie, ou Dictionnaire raisonné des sciences, des arts et des métiers», 1751-80), став-шим гран-ди-оз-ным сво-дом на-уч. зна-ний эпо-хи Про-све-ще-ния . Д. на-пи-сал для из-да-ния ок. 6000 ста-тей, при-влёк к со-труд-ни-чест-ву мн. из-вест-ных учё-ных и пи-са-телей-эн-цик-ло-пе-ди-стов (Воль-те-ра , Ш. Л. Мон-тес-кьё , Ж. Ж. Рус-со, П. А. Голь-ба-ха и др.). По-сле за-пре-та «Эн-цик-ло-пе-дии» и вне-се-ния её в «Ин-декс за-пре-щён-ных книг» (1759) Д. до-вёл про-ект до кон-ца, под-поль-но вы-пус-кая и рас-сы-лая то-ма под-пис-чи-кам.

В со-чи-не-ни-ях «Мыс-ли об объ-яс-не-нии при-ро-ды» («Pensées sur l’in-ter-pré-tation de la nature», 1754), «Раз-го-вор д’Аламбера с Дид-ро» («Entretien entre d’Alembert et Diderot») и «Сон д’Алам-бера» («Rêve d’Alembert»; оба 1769, изд. 1830), «Фи-ло-соф-ские прин-ци-пы ма-те-рии и дви-же-ния» («Sur la matière et le mouvement», 1770, изд. 1798) Д., в от-ли-чие от ме-ха-ни-циз-ма П. А. Голь-ба-ха и К. А. Гель-ве-ция , раз-ви-вал ор-га-ни-че-ски--ди-на-мич. по-ни-ма-ние уни-вер-су-ма (внутр. си-ла, про-яв-ляю-щая-ся в дви-же-нии, и чув-ст-ви-тель-ность как все-об-щие свой-ст-ва ма-те-рии, на-чи-ная с её мель-чай-ших еди-ниц - ка-че-ст-вен-но раз-лич-ных мо-ле-кул).

Об-ра-тив-шись к дра-ма-тур-гии, Д. в пье-сах «По-боч-ный сын» («Fils naturel», 1757), «Отец се-мей-ст-ва» («Père de fa-mil-le», 1758) реа-ли-зо-вал прин-ци-пы ме-щан-ской дра-мы , ос-мыс-лен-ные им так-же в эс-те-тич. тру-дах - «Бе-се-ды о "По-боч-ном сы-не"» («Entretiens sur "Le fils naturel"», 1757), «Рас-су-ж-де-ние о дра-ма-ти-че-ской по-эзии» («Discours sur la po-ésie dramatique», 1758). В диа-ло-ге «Па-ра-докс об ак-тё-ре» («Paradoxe sur le co-médien», 1773-78, изд. 1830) Д. пред-ло-жил кон-цеп-цию ак-тёр-ской иг-ры, чу-ж-дой внутр. пе-ре-жи-ва-нию; хо-ро-ший ак-тёр, по его мне-нию, дол-жен по-тря-сать зри-те-ля изо-бра-жае-мой стра-стью, ни-ко-гда не те-ряя кон-троль над со-бой. Как кри-тик ис-кус-ст-ва Д. пуб-ли-ко-вал еже-год-ные об-зо-ры ху-дож. вы-ста-вок [«Са-ло-ны» («Sa-lons», 1759-81)] и др.

С 1762 Д. вёл пе-ре-пис-ку с Ека-те-ри-ной II, в 1765 про-дал ей свою биб-лио-те-ку, был из-бран поч. чле-ном Пе-терб. АН (1773); в 1773-74 пу-те-ше-ст-во-вал по Ни-дер-лан-дам и Рос-сии. В со-став-лен-ном в 1775 по прось-бе Ека-те-ри-ны II «Пла-не уни-вер-си-те-та, или Шко-лы пуб-лич-но-го пре-по-да-ва-ния на-ук для Рос-сий-ско-го пра-ви-тель-ст-ва» и в ря-де за-ме-ток, на-пи-сан-ных во вре-мя пре-бы-ва-ния в С.-Пе-тер-бур-ге, Д. сфор-му-ли-ро-вал но-вые прин-ци-пы ор-га-ни-за-ции про-све-ще-ния (бес-со-слов-ность, все-общ-ность обя-зат. бес-плат-но-го на-чаль-но-го об-ра-зо-ва-ния и др.). Лич-ное зна-ком-ст-во с рус. им-пе-рат-ри-цей раз-оча-ро-ва-ло Д.: он не на-шёл в ней иде-ал про-све-щён-но-го мо-нар-ха.

Бо́ль-шая часть ху-дож. про-зы Д. не пуб-ли-ко-ва-лась при его жиз-ни, од-на-ко бы-ла из-вест-на со-вре-мен-ни-кам в ру-ко-пи-сях. Ро-ман «Мо-на-хи-ня» («La réli-gi-eu-se», 1760, опубл. в 1796, эк-ра-ни-за-ция Ж. Ри-ве-та, 1965), на-пи-сан-ный в ис-по-ве-даль-ной фор-ме от ли-ца де-вуш-ки, на-силь-но за-то-чён-ной в мо-на-стырь, от-ме-чен влия-ни-ем по-эти-ки сен-ти-мен-та-лиз-ма (пре-ж-де все-го твор-че-ст-ва С. Ри-чард-со-на ). Об-ли-чая про-ти-во-ес-те-ст-вен-ность мо-на-стыр-ской жиз-ни, ро-ман трак-ту-ет стрем-ле-ние к сво-бо-де как из-на-чаль-но при-су-щее че-ло-ве-ку свой-ст-во. Ро-ман--диа-лог «Пле-мян-ник Ра-мо» («Le neveu de Rameau», 1762-93, опубл. на нем. яз. в пе-ре-во-де И. В. в 1805, на франц. яз. - 1823) де-мон-ст-ри-ру-ет кри-тич. под-ход Д. к про-све-ти-тель-ским по-сту-ла-там, «со-кра-ти-че-ский» ха-рак-тер его мыш-ле-ния, спо-соб-ность вес-ти спор с са-мим со-бой. Фи-лос. ро-ман-диа-лог «Жак-фа-та-лист» («Jacques le fa-ta-liste», 1773, опубл. на нем. яз. в пе-ре-во-де Гё-те в 1792; на франц. яз. - в 1796) ори-ги-наль-но раз-ви-ва-ет тра-ди-ции Л. Стер-на Д. Дид-ро. М., 1975; Alary L. Diderot: biographie, étude de l’œ uvre. P., 1993; Lepape P. Diderot. P., 1994; Sejten A.-E. Diderot ou le défi es-thé-ti-que. P., 1999.

Философский словарь. Под редакцией И. Т. Фролова. Издание пятое. Москва. Издательство политической литературы. 1987. Стр. 126—127. Ст.— Дидро Дени

с. 32). Но при всех этих достижениях Д. в понимании общественных явлений остался идеализм. Борясь против феодального деспотизма, он высказывался за конституционную монархию.

Осн. соч. "Мысли к объяснению природы" (1754), "Разговор Даламбера и Дидро" (1769), "Философские основания материи и движения" (1770), "Элементы физиологии" (1774—80).

В начале 1740-х у парижского издателя А. Ф. Ле Бретона появилась идея перевести на французский язык "Энциклопедию, или Всеобщий словарь ремесел и наук" англичанина Э. Чемберса. Ле Бретон и его компаньоны (А. К. Бриассон, М. А. Давид и Дюран) после неудачного опыта с первым главным редактором - аббатом Ж. П. Де Гуа де Мальвом - решились в 1747 доверить свое начинание Дидро и Д"Аламберу.

Дидро-философ

В 1751 Дидро опубликовал "Письмо о глухих и немых в назидание тем, кто слышит" рассматривая в нем проблему познания в контексте символики жестов и слов. В "Мыслях об объяснении природы" (1753), созданных по образу и подобию "Нового Органона" Ф. Бэкона, Дидро с позиций сенсуализма полемизировал с рационалистической философией Декарта, Мальбранша и Лейбница, в частности с теорией врожденных идей, видя в накопленных к концу 18 в. научных знаниях (открытия Бернулли, Эйлеров, Мопертюи, Д"Аламбера, Бюффона), основу нового, опытного истолкования природы.

Дени Дидро

Дидро - литератор и художественный критик

В 50-е годы Дидро опубликовал две пьесы - "Побочный сын или Испытания добродетели" (1757) и "Отец семейства" (1758). Отказавшись в них от нормативной поэтики классицизма, он стремился реализовать принципы новой ("мещанской") драмы изображающей конфликты между людьми третьего сословия в обыденной житейской обстановке. Главные художественные произведения Дидро - повесть "Монахиня" (1760, изд. 1796), роман-диалог "Племянник Рамо" (1762-1779, издан Гете на нем. яз. в 1805, на франц. яз. вышел в 1823), роман "Жак-фаталист и его хозяин" (1773, изд. на нем. яз. в 1792, на франц. яз. в 1796) - остались неизвестными многим его современникам. Несмотря на разницу жанров, их объединяют рассудочность, реализм, ясный прозрачный стиль, чувство юмора, а также отсутствие словесных украшений. В них нашли выражение неприятие Дидро религии и церкви, трагическое осознание силы зла, а также приверженность гуманистическим идеалам, высоким представлениям о человеческом долге.

Провозглашенные Дидро философские и эстетические принципы проявляются и в его отношении к изобразительному искусству. Обзоры парижских Салонов Дидро помещал с 1759 по 1781 в "Литературной корреспонденции" своего друга Ф. М. Гримма, рукописной газете, рассылавшейся по подписке просвещенным европейским монархам и владетельным князьям. "Салоны" Дидро также не были напечатаны при его жизни; они выходили постепенно в 1795-1857 и лишь в 1875-77 были впервые собраны воедино в собрании его сочинений.

Дидро и Россия

Екатерина II, едва вступив на престол, предложила Дидро перенести в Россию издание "Энциклопедии", испытывавшее немалые трудности во Франции. За жестом императрицы скрывалось не только желание упрочить свою репутацию, но и стремление удовлетворить интерес российского общества к "Энциклопедии". В России вышли на протяжении 18 в. 25 сборников переводов из "Энциклопедии".

Отклонив предложение Екатерины II, Дидро не лишился ее благосклонности. В 1765 она приобрела его библиотеку, выплатив ему 50 тыс. ливров и предоставив право пожизненного хранения книг в своем доме в качестве личного библиотекаря императрицы.

В 1773 Дидро по приглашению Екатерины II посетил Россию. Он прожил в Петербурге с октября 1773 по март 1774, был избран иностранным почетным членом Петербургской Академии наук (1773). По возвращении написал ряд сочинений, посвященных перспективам приобщения России к европейской цивилизации. Скептические высказывания в его "Замечаниях" на наказ Екатерины II (целиком изданы в 1921) вызвали ярость Екатерины (рукопись была доставлена в Петербург уже после смерти философа).

Дидро подводит итоги пребывания в России у императрицы Екатерины II

ДИДРО (Diderot) ДЕНИ - французский писатель, философ.

Ро-дил-ся в се-мье ре-мес-лен-ни-ка. Бле-стя-ще окон-чив ие-зу-ит-ский кол-леж в Лан-гре, Дидро сбе-жал в Па-риж; учил-ся в кол-ле-же д’Аркур, за-ни-мал-ся литературой, фи-ло-со-фи-ей, тео-ло-ги-ей, ма-те-ма-ти-кой и пра-вом. По-лу-чил зва-ние ма-ги-ст-ра ис-кусств в Сор-бон-не (1732). Ра-бо-тал пись-мо-во-ди-те-лем у про-ку-ро-ра, учи-те-лем; за-ни-мал-ся пе-ре-во-да-ми с английского языка. В 1742 году по-зна-ко-мил-ся с Ж.Ж. Рус-со, с 1749 года уча-ст-во-вал в ра-бо-те круж-ка П.А. Голь-ба-ха.

В ран-них со-чи-не-ни-ях («Фи-ло-соф-ские мыс-ли» («Pensées philosophiques», опубликовано ано-ним-но в Гаа-ге в 1746 году, по-ле-ми-ка с деи-стической по-зи-ций с хри-сти-ан-ской фи-ло-со-фи-ей Б. Пас-ка-ля), ро-ман «Не-скром-ные со-кро-ви-ща» («Les bijoux in-dis-crets», 1748), «Пись-мо о сле-пых в на-зи-да-ние зря-чим» («Lettre sur les aveugles à l’usa-ge de ceux qui voient», 1749), за пуб-ли-ка-цию ко-то-ро-го был за-клю-чён в тюрь-му) за-пе-чат-ле-но ста-нов-ле-ние ма-те-риа-ли-стических и атеи-стических идей Дидро. С 1747 года Дидро совместно с Ж.Д’Аламбером на-чал ра-бо-ту над мно-го-том-ным про-ек-том «Эн-цик-ло-пе-дия, или Тол-ко-вый сло-варь на-ук, ис-кусств и ре-мё-сел» («Encyclopédie, ou Dictionnaire raisonné des sciences, des arts et des métiers», 1751-1780), став-шим гран-ди-оз-ным сво-дом на-учных зна-ний эпо-хи Про-све-ще-ния. Дидро на-пи-сал для из-да-ния около 6000 ста-тей, при-влёк к со-труд-ни-чест-ву многих из-вест-ных учё-ных и пи-са-телей-эн-цик-ло-пе-ди-стов (Воль-те-ра, Ш.Л. Мон-тес-кьё , Ж.Ж. Рус-со, П.А. Голь-ба-ха и других). По-сле за-пре-та «Эн-цик-ло-пе-дии» и вне-се-ния её в «Ин-декс за-пре-щён-ных книг» (1759) Дидро до-вёл про-ект до кон-ца, под-поль-но вы-пус-кая и рас-сы-лая то-ма под-пис-чи-кам.

В со-чи-не-ни-ях «Мыс-ли об объ-яс-не-нии при-ро-ды» («Pensées sur l’in-ter-pré-tation de la nature», 1754), «Раз-го-вор д’Аламбера с Дид-ро» («Entretien entre d’Alembert et Diderot») и «Сон д’Алам-бера» («Rêve d’Alembert»; оба 1769, издание 1830), «Фи-ло-соф-ские прин-ци-пы ма-те-рии и дви-же-ния» («Sur la matière et le mouvement», 1770, издание 1798) Дидро, в от-ли-чие от ме-ха-ни-циз-ма П.А. Голь-ба-ха и К.А. Гель-ве-ция, раз-ви-вал ор-га-ни-че-ски--ди-на-мическое по-ни-ма-ние уни-вер-су-ма (внутренняя си-ла, про-яв-ляю-щая-ся в дви-же-нии, и чув-ст-ви-тель-ность как все-об-щие свой-ст-ва ма-те-рии, на-чи-ная с её мель-чай-ших еди-ниц - ка-че-ст-вен-но раз-лич-ных мо-ле-кул).

Бо́ль-шая часть ху-дожественной про-зы Дидро не пуб-ли-ко-ва-лась при его жиз-ни, од-на-ко бы-ла из-вест-на со-вре-мен-ни-кам в ру-ко-пи-сях. Ро-ман «Мо-на-хи-ня» («La réli-gi-eu-se», 1760, опубл. в 1796, эк-ра-ни-за-ция Ж. Ри-ве-та, 1965), на-пи-сан-ный в ис-по-ве-даль-ной фор-ме от ли-ца де-вуш-ки, на-силь-но за-то-чён-ной в мо-на-стырь, от-ме-чен влия-ни-ем по-эти-ки сен-ти-мен-та-лиз-ма (пре-ж-де все-го твор-че-ст-ва С. Ри-чард-со-на). Об-ли-чая про-ти-во-ес-те-ст-вен-ность мо-на-стыр-ской жиз-ни, ро-ман трак-ту-ет стрем-ле-ние к сво-бо-де как из-на-чаль-но при-су-щее че-ло-ве-ку свой-ст-во. Ро-ман--диа-лог «Пле-мян-ник Ра-мо» («Le neveu de Rameau», 1762-1793, опубликован на немецком языке в пе-ре-во-де И.В. Гё-те в 1805 году, на французском языке - 1823 года) де-мон-ст-ри-ру-ет кри-тический под-ход Дидро к про-све-ти-тель-ским по-сту-ла-там, «со-кра-ти-че-ский» ха-рак-тер его мыш-ле-ния, спо-соб-ность вес-ти спор с са-мим со-бой. Фи-лософский ро-ман-диа-лог «Жак-фа-та-лист» («Jacques le fa-ta-liste», 1773, опубликован на немецком языке в пе-ре-во-де Гё-те в 1792 году; на французском языке - в 1796 году) ори-ги-наль-но раз-ви-ва-ет тра-ди-ции Л. Стер-на, от-ли-ча-ясь но-ва-тор-ст-вом по-ве-ст-во-вательные фор-мы, при-чуд-ли-вым раз-ви-ти-ем сю-же-та, со-че-та-ни-ем иг-ры и серь-ёз-но-сти, иро-нии и ме-лан-хо-лии. Русские пе-ре-во-ды Дидро на-ча-ли по-яв-лять-ся в середине XVIII века («Не-скром-ные са-мо-цве-ты», 1748, «Мо-на-хи-ня», 1760, и другие).

Сочинения :

Собрание сочинений: В 10 т. М.; Л., 1935-1947; Œuvres complètes. P., 1975-2004-. Vol. 1-25-;

Эс-те-ти-ка и ли-те-ра-тур-ная кри-ти-ка. М., 1980;

Са-ло-ны. М., 1989. Т. 1-2; Мо-на-хи-ня. Пле-мян-ник Ра-мо. М., 2006.

Иллюстрация:

Д. Дид-ро. Порт-рет ра-бо-ты Л. М. Ван-лоо. 1767. Лувр (Па-риж).

Глава II. Дидро как редактор «Энциклопедии»

Происхождение «Энциклопедии». - Ее задача. - Арест Дидро. - Проспект. - Дидро о рабочем сословии. - Сотрудники. - Отношение двора. - Измена Руссо. - Стойкость Дидро. - Полная его победа. - Жертвы, им принесенные

Мысль о составлении сборника всех человеческих знаний, расположенных в алфавитном порядке, принадлежит не Дидро и даже не Франции, а стране, которой мир обязан многими выдающимися практическими идеями, именно Англии. Первый энциклопедический словарь в том смысле, как мы теперь его понимаем, появился в Лондоне в 1728 году и принадлежит Чемберсу. Нельзя, однако, сказать, чтобы Франция была совершенно чужда этому предприятию. Чемберс воспользовался для своего предприятия трудами многих французских ученых, ибо в то время сношения между Англией и Францией приняли небывало широкие размеры вследствие состоявшейся в конце XVII века отмены Нантского эдикта. Около 80 тысяч гугенотов, лишенных свободы вероисповедания и опасавшихся за свое имущество и даже жизнь, переселились в Англию. Они, конечно, поддерживали сношения со своими соотечественниками, и так как это были иногда люди очень развитые и образованные, то между Францией и Англией установилось духовное общение, выгодное для обеих стран. Приблизительно такие же последствия имела отмена Нантского эдикта для взаимных отношений между Францией и Германией. Это сближение умственной жизни соседних народов способствовало сильному ее оживлению. В частности, переселение гугенотов в Англию подорвало влияние католицизма во Франции: протестантская Англия, с ее философией, в значительной степени поколебала, через посредство изгнанных гугенотов, все миросозерцание французского образованного общества. Таким образом, отмена Нантского эдикта, с точки зрения ее виновников, имела роковые последствия. Насилие над совестью не только не увенчалось успехом, а, наоборот, привело к ослаблению католицизма.

Нам представится еще случай указать, как английские идеи проникли во Францию и коренным образом изменили миросозерцание французского общества. Но в данном случае мы должны отметить, что и тот гигантский таран, которым Дидро сокрушил здание прежних французских понятий, суеверий и предрассудков, задуман по английскому образцу. Правда, «Энциклопедия» Чемберса преследовала преимущественно практические цели: простое распространение полезных знаний в удобной для большинства читателей форме, - но все-таки она представляла собою попытку сильной демократизации науки. Благодаря энциклопедии наука становилась доступной значительному числу людей, которые прежде с величайшим трудом могли запастись знаниями по интересовавшим их вопросам. Это основное значение энциклопедии получило только дальнейшее развитие в громадном труде Дидро и его товарищей.

Мы отметили уже, что после своей женитьбы Дидро начал усиленно заниматься переводами, чтобы зарабатывать насущный хлеб. Между прочим, он перевел шеститомный медицинский словарь англичанина Джемса. В качестве переводчика этого и многих других трудов он был хорошо известен издателям и вообще лицам, интересовавшимся книжным делом. В 1745 году, то есть два года спустя после женитьбы Дидро, в Париж приехали англичанин Мильс и немец Селлиус, чтобы предложить французским издателям, преимущественно Лебретону, издателю «Королевского альманаха», перевести «Энциклопедию» Чемберса. Эта энциклопедия имела в Англии блестящий успех и выдержала там в короткое время несколько изданий. Поэтому естественно возникла мысль воспользоваться ею и для Франции. Понятно, что Мильс и Селлиус старались устроить дело так, чтобы выгоды достались преимущественно им. Поэтому Лебретон с ними не сошелся, хотя сразу понял громадное значение этой мысли. Он обратился к нескольким лицам, чтобы самостоятельно приняться за издание. Но все переговоры не имели успеха, пока знаменитый законовед того времени Агесо не указал на Дидро. Дидро довольствовался малым. Он в этом отношении не был избалован. Сто франков в месяц его вполне удовлетворили, а идея энциклопедии увлекла до последней степени. Наконец-то ему дано будет высшее счастье - знакомиться со всеми науками, знакомя с ними других. 10 (21) января 1746 года выдана была королевская привилегия на издание «Энциклопедии».

Это был день знаменательный в жизни не только Дидро, но и всей Европы. Правда, всякого рода препятствий к осуществлению грандиозного труда, предпринятого Дидро, несмотря на королевскую привилегию, оказалось великое множество. Ежеминутно возникало опасение, что дело погибнет, что невозможно будет его воскресить после нанесенных ему тяжелых ударов. Но, тем не менее, оно не погибло. Если оно натолкнулось на могущественных врагов, то имело и преданных друзей даже там, где, казалось, труднее всего было их ожидать. Рассказать о борьбе, которую вели авторы «Энциклопедии» с ее бесконечными противниками, врагами и ненавистниками, значит рассказать о самом блестящем периоде жизни и деятельности Дидро.

Он сразу очень широко взглянул на свою задачу. О простом переводе он даже и слышать не хотел. По отношению к словарю Джемса он довольствовался простым переводом, не чувствуя себя достаточно сильным в медицинской науке, чтобы самостоятельно знакомить читателей с ее выводами. Но относительно общей энциклопедии дело представлялось ему в ином свете. Он задумал воспользоваться собственными знаниями и знаниями других выдающихся людей того времени, чтобы создать книгу, в которой заключались бы все книги, представить картину усилий человеческого ума во все века и во всех отраслях знания, - словом, подвести итог всей цивилизации, начиная с самых отдаленных времен и кончая настоящим

Таков был обширный план, которым сразу задался Дидро. Совершенно для него неожиданно он вдруг был приставлен к делу, наиболее соответствовавшему его наклонностям и заветнейшим целям. Весь его долголетний труд не пропадет даром. Он с лихорадочной поспешностью удовлетворял свою любознательность, собирал знания где только мог, занимался и читал, жертвуя для этого всем: и своим достатком, и дружбою отца, - отказывал себе во всем, жил немногим лучше простого нищего, голодал сам, подвергал и собственную семью опасности умереть с голоду, - но все эти жертвы, все эти лишения привели наконец к цели: он получит полную возможность не только приложить все эти знания к плодотворному делу, расширить их до бесконечности, но и передать их огромному числу людей, той среде, из которой он сам вышел, которую он хотел возвысить и сравнять с другими классами общества. Вернейшим средством достижения этой цели был путь знания, и «Энциклопедия» должна была послужить в его руках рычагом, при помощи которого он надеялся добиться установления более справедливого общественного строя. Не подлежит сомнению, что Дидро с первых же шагов представился этот широкий план, эта блестящая перспектива. Но действительность могла его тотчас же остановить, подрезать ему крылья. Почти три года он уже трудился над собиранием материалов, привлечением сотрудников, как вдруг на него обрушился удар, который, по-видимому, угрожал всему делу крушением. Причины этого удара в точности неизвестны. Но 13 (24) июля 1749 года полиция вдруг арестовала Дидро и препроводила его в венсенскую тюрьму. Одни рассказывают, что случилось это по доносу одной духовной особы, заявлявшей, что «некий Дидро, квартирующий у какого-то Гильота, богохульствует». Поэтому духовная особа просила действовать быстро, хотя и с должной осторожностью. По другим слухам, причиной ареста послужило неосторожное слово, сказанное о даме, пользовавшейся особенным расположением военного министра Аржансона. Дело в том, что знаменитый Реомюр сделал слепорожденному операцию и возвратил ему зрение. Решено было дать ему увидеть свет божий в присутствии компетентных лиц, чтобы составить себе точное понятие о впечатлении, которое вынесет бывший слепой. Между прочим, был приглашен и Дидро. Когда сняли повязку с глаз больного, то оказалось, что она снималась уже раньше, то есть что сеансу в присутствии ученых предшествовал другой сеанс, в присутствии именно той дамы, которая пользовалась особенным расположением военного министра. Дидро не стерпел и, уходя, заметил, «что г-н Реомюр предпочел два прекрасных глаза многим компетентным глазам».

Трудно, однако, допустить, чтобы эта невинная шутка могла послужить причиной ареста даже в такое время, когда тайные аресты практиковались почти ежедневно, когда бесчинствовали преемники кардинала Флёри, хваставшегося тем, что он, будучи у власти, выдал 40 тысяч приказов о секретных арестах. Гораздо правдоподобнее, что беда стряслась из-за появившегося именно в это время произведения Дидро, в котором он отчасти позволил себе разные вольности, отчасти скандализировал католическое духовенство. Как бы то ни было, он был арестован, а вместе с тем можно было сильнейшим образом опасаться за судьбу «Энциклопедии». Сколько его продержат в тюрьме, было неизвестно: если его и скоро выпустят, то позволит ли правительство ему оставаться редактором «Энциклопедии»? Это казалось сомнительным. А между тем за истекшие три года выяснилось, что Дидро - незаменимый редактор, что приискать вместо него другое, столь же способное и знающее лицо - невозможно. Но на этот раз дело обошлось сравнительно благополучно. Арест его продолжался всего сорок дней. К тому же в тюрьме, как мы видели, к нему относились очень любезно, так что он имел полную возможность там работать. Он обратился к властям с заявлением, что изданные им статьи составляют случайные излишества его ума и что он впредь обязуется ничего подобного не писать. Его выпустили на свободу, и он мог снова приняться за свою «Энциклопедию».

Это было в конце 1749 года, а в следующем году появился наконец проспект «Энциклопедии, или Толкового словаря наук, искусств и ремесел». Собственно, это заглавие теперь никого не поразит, оно может показаться разве только несколько архаическим. Но для тогдашнего времени это был целый переворот во взглядах и понятиях, - переворот, может быть, не ясно осознанный, даже малозаметный, но чрезвычайно глубокий, громадные последствия которого не замедлили обнаружиться. Переворот этот яснее обозначится, если мы заменим в вышеприведенном заглавии слово «ремесла» сочетанием «производительный труд», потому что именно все отрасли производительного труда Дидро имел в виду, когда говорил о ремеслах. Он прямо об этом упоминает в проспекте. «О науках, - говорит он, - слишком много писали; о труде либеральных профессий писали много, но неудовлетворительно, а о механическом труде еще ничего не писали». Понятно, когда он говорил о механическом труде, о труде ручном, он имел в виду мастерскую своего отца. Это было, так сказать, скромное начало, как было скромно и начало всей «Энциклопедии», то есть мысль перевести на французский язык английский сборник разных практических знаний. Но уже по самому проспекту чувствуется, что Дидро задался очень широкой задачей. Тут были уже начертаны те слова, которые предвещали наступление нового общественного строя. «Люди, занимающиеся ручным трудом и получающие поденную плату, составляют известную породу людей, наиболее многочисленную в стране. Участь этих людей должна составлять главную заботу хорошего правительства. Если бедствует поденщик, бедствует вся страна». Одновременно Дидро требовал для «поденщиков частицу той славы, которую исключительно присвоили себе короли, воины, художники»; он приглашает либеральные профессии, «достаточно воспевшие самих себя, отвести наконец более почетное место производительному труду» и призывает самих рабочих относиться с большим уважением к себе, ибо они считают себя презренными только потому, что другие их слишком долго презирали. Как серьезно отнесся Дидро к этой стороне своей задачи, видно из плана работ, к которым он тотчас же приступил. Уяснить себе положение рабочего класса, собрать сведения о разных отраслях труда было, конечно, нелегко: не существовало ни литературы по этому вопросу, ни статистических данных. Дидро и его помощникам пришлось самим посещать разные мастерские, знакомиться с орудиями производства и с условиями труда. Энергия, проявленная в этом отношении редактором «Энциклопедии», изумительна. Несмотря на многосложные свои дела, связанные с составлением статей и просмотром работ других сотрудников, он находил время посещать мастерские, расспрашивать хозяев и рабочих, делать снимки с разных орудий производства. Задача усложнялась тем, что сами хозяева и рабочие часто оказывались неспособными сколько-нибудь толково разъяснить значение орудий, способы их употребления и всякие другие манипуляции. Приходилось лично присматриваться к работе, иногда присутствовать при ней целыми часами, чтобы составить себе о ней ясное понятие. Чтобы нагляднее познакомить читающую публику с этим непривычным ей материалом, Дидро приложил к «Энциклопедии» множество рисунков, и весь этот материал, все статьи, посвященные многообразным отраслям производительного труда, он лично просматривал чрезвычайно тщательно и проверял, создавая, как он сам выразился, теорию для того, что до него существовало лишь на практике.

Мы отметили эту сторону деятельности Дидро потому, что он в ней выступил новатором и верно предчувствовал весь ход будущего социального развития. Но энергию он проявлял не только в этом направлении. Достаточно заметить, что он написал для «Энциклопедии» 1259 более или менее обширных статей. И чего только он не касался в них! Большинство статей посвящено вопросам грамматики, затем следуют статьи исторические, этические, философские, мифологические, литературные и художественные, богословские, политические, географические и так далее. Есть и статьи, касающиеся архитектуры, медицины, законоведения, астрономии, ботаники, химии и физики, минералогии и металлургии - словом, кажется, нет отрасли знания, для которой Дидро лично не поработал бы в «Энциклопедии». И притом какого бы вопроса он ни коснулся, он всегда обнаруживал большую компетентность, точное знакомство с предметом и действительно отмечал то, что, так сказать, составляло последнее слово науки или вообще человеческого знания. Это не значит, что он не был основательно знаком и с историей излагаемого предмета, но он всегда старался обнаружить те крайние границы в данной отрасли знания, которых достигло человечество. Много лет спустя после появления «Энциклопедии», почти в наши дни, англичанин Джон Морлей, ученый и в то же время биограф Дидро, перелистывая «Энциклопедию», вынес такое впечатление, как будто пред ним развертывается блестящая панорама всей деятельности человечества, - какое же впечатление должна была произвести «Энциклопедия» в свое время, при тогдашнем уровне знаний, при тогдашней образованности? Стремясь должным образом исполнить свою задачу, Дидро далеко не рассчитывал исключительно на собственные силы. Он привлек к участию в «Энциклопедии» все, что было выдающегося в науке и литературе. Мы, конечно, не можем перечислить здесь всех сотрудников: их слишком много. Для нашей цели достаточно будет заметить, что соредактором Дидро по всем математическим вопросам состоял некоторое время Д’Аламбер, написавший и предисловие к «Энциклопедии», что сотрудниками были Вольтер, Монтескье, правда, давший только одну статью, но какую! - знаменитую статью о вкусе, Руссо (по музыке), Бюффон, Гольбах, Дюкло, Кондорсе, Мармонтель, Кенэ, Тюрго. Таких выдающихся ученых и писателей, конечно, ни одна энциклопедия не имела ни до, ни после «Энциклопедии» Дидро. Во всяком случае это было предприятие небывалое, неслыханное. О том, какое впечатление оно произвело, можно судить уже по тому факту, что на приглашение о подписке откликнулось около четырех тысяч человек. В книгопродавческом деле это был для того времени успех изумительный, и успех этот рос с каждым новым томом. Заметим кстати, что между составителями «Энциклопедии» и читающей публикой устанавливались сношения уже в силу того обстоятельства, что Дидро привлекал к собиранию материалов и сотрудничеству всех, кто только мог быть ему полезен. В его труде участвовала и великосветская дама, высказывавшаяся о модах или правилах приличия, и простая швея, государственный человек и простой мастеровой. Все сословия трудились над «Энциклопедией», все чувствовали себя с нею солидарными, читали ее, справлялись с ней, хотя бы и не сочувствовали тому духу, которым она была проникнута. Мы не станем здесь останавливаться на мировоззрении, положенном в основание «Энциклопедии». Мы разъясним его, когда приступим к оценке философского учения Дидро. Но здесь нам необходимо заметить, что основная тенденция «Энциклопедии» натолкнулась сразу на очень решительный отпор. И если мы спросим, кто были главные враги ее, то придется ответить: духовенство, писатели, не принадлежавшие к лагерю энциклопедистов, - и уже на третье место нам придется поставить администрацию. Дело в том, что администрация, давшая издателю привилегию на энциклопедию, если и восставала иногда против нее, то, с другой стороны, оказывала ей, как мы увидим, и сильную поддержку. Но неумолимыми врагами энциклопедистов были духовенство и не сочувствовавшие им писатели, всячески натравливавшие администрацию и парламент на Дидро и его товарищей.

Людовик XV относился к «Энциклопедии», как и ко многому в государстве, довольно равнодушно. Вольтер рассказывает, что однажды за ужином в Трианоне речь зашла об охоте, а затем о порохе и о составных его частях. По этому поводу возгорелся спор, и оказалось, что никто в точности не знает, из чего он состоит. Один из придворных тогда выразил сожаление, что его величество запретил «Энциклопедию». «Мы лишились таким образом не только подписной суммы, то есть 100 пистолей (450 рублей), но и возможности разрешить все подобные спорные вопросы». Король смутился и стал оправдываться, заметив, что ему со всех сторон говорят, что это ужасно опасная книга. Г-жа Помпадур заметила, что вот и она не знает, из чего делают румяна. Решено было послать за «Энциклопедией», и г-жа Помпадур убедилась, что все интересовавшие ее сведения находятся в ней. «Ах, какая прекрасная книга, ваше величество, - воскликнула она, - ведь это настоящий магазин всех полезных сведений, а вы его конфисковали, чтобы пользоваться и владеть им исключительно только для себя». Король окончательно смутился и продолжал повторять, что об «Энциклопедии» говорят очень много дурного. Но все вступились за нее. Один приближенный возразил, что все хорошее имеет врагов, что женщины, например, нападают обыкновенно на самую хорошенькую. Другой придворный, перелистывая «Энциклопедию», воскликнул: «Вы счастливы, ваше величество, что в стране нашлись люди, способные ознакомиться со всеми родами искусства и знания и передать их потомству! Все в этой книге есть: как изготовить булавку и пушку… все - от бесконечно малого до бесконечно великого. Отнимите у меня все мое состояние, но оставьте мне „Энциклопедию“.

Этот разговор показывает, как малосамостоятелен был король в данном вопросе и какое влияние имели на него приближенные. Между ними были сторонники иезуитов и воинствующего католицизма, и они-то и выступ или решительно в поход против «Энциклопедии» тотчас после появления ее первого тома и даже раньше. Борьба с их стороны была неумолимая, отчаянная. Действовали доносами, наговорами, брошюрами, подстрекали других писателей. Дидро предвидел, что ему придется иметь дело с противодействием духовенства, и, чтобы до известной степени его обезоружить, он пригласил в сотрудники нескольких ученых аббатов; но духовенство не щадило и своих, когда они участвовали в «Энциклопедии». В числе сотрудников был и аббат Депрад. Этот аббат защищал в Сорбонне диссертацию, в которой поддерживал предание о всемирном потопе, но высказал некоторое сомнение относительно верности заключающейся в Библии хронологии. Этого было достаточно, чтобы богословский факультет восстал против диссертации. Парламент приговорил ее к сожжению, и вместе с тем последовал указ о приостановке выхода «Энциклопедии» как книги, содействующей распространению безнравственности и духа возмущения.

Однако на этот раз иезуиты принялись за дело неловко. Они сами задумали издавать «Энциклопедию» и стали тотчас же ходатайствовать о том, чтобы привилегия, выданная Лебретону, была предоставлена им. Игра их оказалась слишком прозрачной, король обиделся, и Дидро поручено было продолжать свою деятельность.

Но эта неудача не смутила иезуитов. Они временно притихли в официальных сферах, но продолжали действовать в печати. В официальных сферах они наталкивались на отпор таких влиятельных лиц, как г-жа Помпадур, сильно польщенная комплиментом Вольтера, заявившего, что «вы-де из наших», Мальзерб, герцог Шуазель. Но в печати у них была масса союзников, в том числе такой сравнительно талантливый писатель, как Фрерон, издававший критический журнал «Année littéraire». Разразилась настоящая буря. Церковь, парламент, сильные придворные кружки, почти все литераторы, за исключением, конечно, участвовавших в «Энциклопедии», - все это вступило в союз и как бы сговорилось погубить ненавистное издание. Дидро с товарищами, однако, храбро держались.

Но именно в этот момент, во время этой вакханалии обезумевших от ненависти противников энциклопедистов произошли два новых события, которые чуть было не погубили предприятие. «Энциклопедия» дошла до седьмого своего тома, как вдруг случилось покушение на жизнь короля Людовика XV. По обыкновению, покушение имело прямым своим следствием усиление реакционных элементов. Друзьям энциклопедистов становилось все труднее их защищать, и этим моментом, как нарочно, воспользовался Жан-Жак Руссо, чтобы рассориться с редакторами «Энциклопедии» и начать против них свою знаменитую кампанию. Понятно, что бой велся им не открыто. Обидевшись из-за появившейся в словаре статьи «Женева», хотя в ней, собственно, и не было ничего обидного, Руссо написал свое пресловутое «Письмо к Д’Аламберу о театральных представлениях», в котором, как бы занимая нейтральное положение между двумя враждебными лагерями - иезуитами и энциклопедистами- и называя тех и других бешеными собаками, с высоты своего беспристрастия характеризовал Вольтера «низкою душою», клеймил развращенность энциклопедистов, помышляющих о том, чтобы построить в маленьких городах, отличающихся чистотою нравов, театры, и громогласно возвещал, что без религии нет нравственности. Таким образом, иезуиты заручились могущественным союзником.

Прочитав «Письмо» Руссо, Дидро не поверил собственным глазам. Он лично отправился к другу, чтобы рассеять это роковое недоразумение. Но свидание окончательно убедило его в страшной потере, понесенной энциклопедистами. А Руссо тем временем старался дискредитировать своих бывших друзей и союзников среди дам, пользовавшихся особенным расположением герцога Шуазель, одного из влиятельнейших сторонников энциклопедистов в правительственных сферах.

Измены бывают всякие, но такая измена принадлежит к числу очень редких. Почему Руссо вдруг отрекся от бывших своих друзей? Неужели только потому, что по мере того, как «Энциклопедия» упрочивалась и получала все более широкое распространение, упрочивались и влияние и популярность Дидро? Трудно ответить на этот вопрос. Как бы то ни было, удар, нанесенный Дидро бывшим его другом, имел для него страшные последствия. Покушение на жизнь короля, измена Руссо, неистовый поход консервативных элементов - все это смутило наиболее осторожных энциклопедистов. Первым отказался от участия в словаре ближайший товарищ Дидро, Д’Аламбер. В письме к Вольтеру он заявлял, что не верит в возможность дальнейшего издания «Энциклопедии». Это мнение отчасти разделял и сам Вольтер, не видевший другого исхода, как перенести печатание «Энциклопедии» за границу, например в Женеву. И действительно, над головою Дидро собрались грозовые тучи. Парламент прямо требовал сожжения «Энциклопедии» на Гревской площади, привилегия была отменена, появилось правительственное распоряжение, в силу которого издатель обязывался возвратить подписчикам внесенные ими деньги, папа Климент XIII произнес над энциклопедистами отлучение от церкви. Действительно, казалось, что Д’Аламбер и Вольтер правы, утверждая, что продолжать издавать «Энциклопедию» немыслимо. Все сомневались; не сомневался только сам Дидро.

Ему были сделаны лестные предложения: Фридрих II и Екатерина II предлагали ему перенести издание в Берлин или Петербург. Дидро отказался от этих предложений и с твердостью заявлял всем, с кем встречался, что доведет дело до конца в самом Париже. Много надо было иметь веры и энергии, чтобы не прийти в отчаяние при таких трудных обстоятельствах. Дидро, впрочем, верил не только себе, но и тайным друзьям. Понятно, однако, что он не мог бы доверять последним так безусловно, если бы не был убежден в святости своего дела, если бы не любил его так страстно. Теперь же он делал все от него зависящее, чтобы спасти свое родное детище. Мы сейчас укажем, какие тяжелые внутренние жертвы принес Дидро, чтобы осуществить столь дорогую ему идею. А здесь заметим только еще, что в числе его друзей находился такой просвещенный человек, как Мальзерб, занимавший видный административный пост. Достаточно отметить следующий факт, чтобы убедиться, какую поддержку он оказывал Дидро. Мальзербу самому пришлось распорядиться об обыске в его квартире и о конфискации бумаг. Но он заблаговременно предупредил Дидро и посоветовал ему припрятать поскорее все его бумаги. Дидро решительно не знал, куда девать эти груды накопившегося у него материала. На это Мальзерб ответил: «у меня их искать не будут; пришлите их ко мне». Мальзерб занимал тогда пост главного инспектора по книжной части. Таким образом бумаги были спасены; мало того, уже через шесть месяцев после отмены привилегии Дидро возобновил, хотя и тайно, печатанье дальнейших томов «Энциклопедии». Администрация смотрела сквозь пальцы на нарушение закона и требовала только, чтобы местом печатания был назван не Париж, а Невшателъ.

Мы видим, следовательно, как сильно были ущемлены писательские чувства Дидро, осознававшего, что заслуженной славой пользоваться он не может по не зависящим от него обстоятельствам. Нельзя тут не воздать должное его пламенной любви к родине. Он не удалился за границу, он остался глух к лестным предложениям могущественнейших монархов того времени, он не согласился жить для своих идей на чужбине, он хотел приносить пользу непосредственно своим согражданам, высказываться наполовину, но высказываться так, чтобы его могли слышать, чтобы он мог говорить с возможно большим числом людей и сообщать им хотя бы только обрывки своих мыслей, по которым - он в этом был уверен - они воссоздадут то понимание жизни, которым он сам был воодушевлен. Он ежедневно приносил тяжелые жертвы, но эти жертвы не пропали даром. Самоограничение, которое он возложил на себя, приспособление к существующим условиям, пользование всеми средствами, какие только мог приискать его изобретательный ум, его чрезвычайная энергия, его изумительная выносливость дали блестящие результаты. Через несколько лет после того, как администрация вторично запретила «Энциклопедию», иезуиты оказались изгнанными из страны. Таким образом, он одержал над ними блестящую победу. Он не только благополучно окончил свой капитальный труд, несмотря на все преследования, несмотря на трусость или измену своих друзей, но даже получил возможность говорить так громко и уверенно, как никто, потому что сумел заручиться, не отступая от своих идей и оставаясь им верен до гроба, покровительством таких людей, которых опасались и предержащие власти в самой Франции. Дидро был натура пылкая, страстная, и, тем не менее, он научился сдерживать себя, считаться с обстоятельствами, ловко пользоваться ими, и благодаря этим качествам он достиг того, что знаменитая «Энциклопедия» могла быть напечатана в самой Франции, получила широкое распространение и совершила свое великое дело.

Каково же то миросозерцание, которое положено в основу «Энциклопедии», тот дух, которым она проникнута, те взгляды, которые она распространила не только во Франции, но и во всем цивилизованном мире? Чтобы ответить на этот вопрос, мы должны остановиться на всей совокупности произведений Дидро, которые постепенно стали достоянием публики. Многое, как мы видели, в «Энциклопедии» не досказано или высказано только намеками, но общий дух, общее миросозерцание великого энциклопедиста сквозит в каждой ее строчке. Мы же объединим то, что в ней высказано не вполне ясно, с дополнениями или разъяснениями, взятыми из других трудов Дидро, потому что при таком способе изложения картина будет яснее и мы избегнем повторений, крайне нежелательных в кратком биографическом очерке, где необходимость заставляет дорожить местом.